В этот раз у нас особенный гость – Юрий Павлович Гидзенко, и особенная профессия – космонавт!

Москва – Вода

Spread the love

Почти год назад мы рассказывали о типах городских очистных сооружений. И вот наконец-то я побывала на одном из них лично в рамках нашего спецпроекта!

Иду по мокрой Краснопресненской набережной. Моросит дождь, туман почти затянул высотки «Москва city», а в воздухе уже совсем уверенно пахнет весной…

Итак, очистное на Краснопресненской. Совсем недавно здесь вовсю шли ремонтные работы, поэтому сооружению еще предстоит показать себя.

Открываю дверь скромного на вид небольшого здания, вхожу и встречаюсь с Виталием Феодосьевичем Комлягой, заместителем начальника управления технологическими работами ГУП «Мосводосток»: Добрый день! Вот. Эта наша станция, – проходим по узкому коридору, – она проточного типа, то есть, работает постоянно. Максимально это станция может пропустить от 400 до 4000 кубометров воды в час.

Мы в комнате средних размеров, в ней несколько столов. Мониторы важно демонстрируют замысловатые схемы, а ритмичный цокот компьютерных мышек настраивает на работу.

Наталья Фирсова: А если вдруг поток больше 4000?
В.К.: Тогда вода пойдет в Обводный канал. Это нормально. Так вот, вода, которая приходит к нам со всего города, проходит здесь несколько ступеней очистки, в том числе, обрабатывается специальными составами и спускается снова в реку, соответствуя всем необходимым нормам. Ну а сейчас, как Вы поняли, Вы находитесь в офисе нашей станции, здесь у нас автоматическая часть управления техническим процессом. На мониторе коричневым цветом помечены резервуары, через которые заходит грязная вода. Затем она встречается с «хуберами» (от оригинального названия «Huber», – примечание редакции), которые очищают ее от мусора. А мусора очень много: бутылки, банки, холодильники… (смеется). Затем в контейнеры сливается ил, а вода уходит в нижнюю часть. Ила набирается до 10 кубов, его вывозят на специальные полигоны, где можно его захоронить.

Прохожу за Виталием Феодосьевичем в шумный зал, пахнущий тиной и останавливаюсь у агрегата…

В.К.: Вот смотрите, это как раз один из наших «хуберов». Сетка, винт Архимеда. Он поднимает ил. По мере подъема идет сток воды, она уже чистая, но мы еще раз ее забрасываем вниз. Иногда ила набирается по 10 контейнеров, в каждом по 0,8 куба.

Спускаемся на минус первый этаж. Здесь находится техническая часть. Мощность самого большого насоса 138 киловатт, а самого маленького – 2. И еще 24 насоса по 100 киловатт, представляете?

Здесь тоже стоят «хуберы». Два, диаметром один метр. Смотрю вниз на круговорот пенной воды (интересно, появится из этой пучины Афродита?).

В.К.: Сейчас это очень хорошая вода, пены немного.
Н.Ф.: А бывает и больше?
В.К.: Да, и намного.

Н.Ф.: А с пеной сложнее, чем с другими загрязнениями?
В.К.: Отчасти. Ну вот представьте, если в стиральную машинку засыпать больше, чем нужно порошка. Как потом эту пену осадить? А мы вот знаем (улыбается). Есть специальные препараты. Но пена – это еще не самое страшное, бывает вода даже черная приходит, с мусором. А «хубер» собирает мусор из потока. Он, кстати, умеет самоочищаться, так что забиться он просто не может.

Проходим дальше.

Виталий Феодосьевич рассказывает о том, как после «хубера» вода спускается в песколовки. Они находятся на глубине шести метров, и оснащены специальными конусами, в которых осаждается песок, а насос откачивает ил и закачивает его в резервуары.

В.К.: Оставшаяся вода поступает в КНС-1 (канализационно-насосная станция), далее во флотатор закачиваются коагулянт и флокулянт – и все бурлит! Видите? Загрязнения с помощью коагулянта и флокулянта сбиваются во фрагменты, похожие на снежинки, и оседают в нижней части резервуара. Отсюда берется ил и отжимается прессами. Для того, чтобы это все работало у нас есть специальный прибор, который называется «Установка для приготовления флокулянта», то есть здесь засыпается порошок и смешивается с очищенной водой. Чтобы осадить примеси, установка выдает один куб раствора в час.

Кстати, на КНС-1 мощность каждого мотора равна 97 киловаттам и таких здесь 10 штук. Вода поступает в них уже без песка, но ил и нефтепродукты еще не отфильтрованы.

Виталий Феодосьевич попросил коллег зачерпнуть воды из потока, чтобы нагляднее продемонстрировать этот процесс.

В.К.: Видите, хлопья осаждаются и теперь вода отделяется от них. Часть, которая не осядет до конца, пойдет через третью и четвертую ступени очистки. Там есть пластиковые и угольные фильтры, которые способны очистить ее как надо.

Мы уже на уровне пяти метров ниже уровня Москвы-реки, и я хорошо чувствую давление этой глубины. Здесь находятся те самые фильтры третьей и четвертой ступеней очистки.

По каналу из КНС-2 вода идет по третьей и четвертой ступеням и попадает в резервуар с чистой водой. Вся система работает в автоматическом режиме, но специалисты обязательно наблюдают за работой, чтобы устранить неполадки.

В.К.: Работаем в три смены посуточно. В смене четыре человека. Справляемся. Например, сейчас станция вообще работает на 30%, но когда дожди, работаем на полную. Знаете, весь наш коллектив заинтересован в том, чтобы сделать московскую воду чище. У нас и дети, и внуки. Это кажется банальным, но ведь никто кроме нас самих не повлияет на то, какая Москва достанется им, правда?

Поднимаемся на улицу. Сырой воздух сразу же наполняет легкие. Чувствую себя, побывавшей в доме из «Гарри Поттера»: небольшом снаружи и вместительном хранилище множества необычных приборов внутри. Кутаюсь потеплее в пальто и направляюсь к метро.

А ведь действительно, прав Виталий Феодосьевич, никто кроме нас не сохранит город и воду в нем чистыми. Давайте начнем сегодня. Сейчас!

Автор текста и фотографий: Наташа Фирсова
Редакция проекта «Тактики и практики» выражает благодарность ГУП «Мосводосток» за плодотворное сотрудничество

О том, что такое спецпроект читайте здесь!

Читать еще

Оставайтесь с нами
Подпишитесь на нашу рассылку и узнавайте первым о наших мероприятиях, новостях, встречах!

Обещаем без спама!

Поделиться

Расскажи свои друзьям!

Shares