Профессия: фигуристка

Фигурное катание, пожалуй, один из самых изящных видов зимнего спорта. Однако в то же время, именно этот вид спорта считается одним из самых травмоопасных и сложных не только в физическом плане, но и в моральном. Об этом и многом мы и расспросили известную фигуристку, Мастера Спорта Международного класса, Анастасию Гребенкину.

2

Даша Богачкина: Настя, расскажите немного об азах своей профессии. Как пришла мысль заниматься фигурным катанием?
Анастасия Гребенкина: Наверное, трудно спорт назвать профессией в традиционном смысле, так как ребенок попадает в спорт в 4-5 лет, а иногда и раньше. Меня на каток привела мама. Кроме катка меня определили еще в музыкальную и балетную школы, чтобы я выбрала, где больше понравится. От балета я отказалась сразу, в музыкальную школу проходила год, а вот фигурное катание мне очень понравилось. На катке мне было хорошо, все получалось, не смотря на то, что это тяжелый труд. Например, даже в детском возрасте подъем в 5 утра, чтобы до школы успеть на тренировку.

Д.Б.: Что было самым сложным, с чем пришлось столкнуться еще в детском возрасте?
А.Г.: Я не помню особо серьезных трудностей, кроме, наверное, переживаний от проигрыша. Когда ты выступаешь на соревнованиях, где занимаешь не первое, а второе место, это очень обидно. Сложно после этого продолжать заниматься. Конечно, хорошо, что ребенок с малых лет закаляется в преодолении трудностей и препятствий, стоящих на пути к цели, понимает ценность труда, но с другой – есть некая психологическая ломка, что не победил, мог бы выступить лучше, нет сил, а надо двигаться дальше. Хотя у детей этот процесс происходит сглаженее.

Д.Б.: То есть во взрослом состоянии проигрыш переживается тяжелее?
А.Г.: Конечно. Когда тебе 14-15 лет это очень сложно. Спортсмены взрослеют быстрее. Уже с 11 лет начинаются сборы, необходимо себя организовывать, в то же время ты – еще ребенок, а потому сломаться очень легко.

Д.Б.: А кто помогал преодолевать трудности: родители, тренер, и кто был вашим первым тренером?
А.Г.: Первый мой тренер – это М.Б. Захарова. Я пришла к ней на стадион «Юных пионеров», который находился на ул. Беговой. Трудно сказать, кто мне больше помогал преодолевать трудности. В детстве я была лидером, много выигрывала, часто была первой, так что особо сложных моментов не было. Вот в 14-15 лет стало уже сложнее.

Д.Б.: Когда вы себя осознали профессионалом?
А.Г.: Если честно, то мне кажется, что под закат карьеры. Если с детства заниматься спортом, то это становится твоей обычной жизнью. Нет понимания того, что ты профессионал.

Д.Б.: Что случилось, когда все-таки пришло понимание профессионализма?
А.Г.: Да ничего. Все продолжалось в обычном ритме, такие же тренировки, распорядок дня, подъем не позднее 7 утра, сборы… За что я еще люблю фигурное катание, что оно очень тебя развивает. Мы сами подбираем музыку, ходим в театры, смотрим много балетов, так как фигурное катание – это еще и искусство. Ты достигаешь профессионализма не только за счет физической силы, но и за счет твоего духовного развития.

Д.Б.: Как спортсмены относятся друг к другу? Есть ли случаи, например, подкладывания гаек в коньки и т.п.?
А.Г.: По-моему, это байки. На моем веку такого не было. Спортсмены очень трепетно относятся к своим конькам, костюмам.

Д.Б.: То есть у вас были теплые отношения с коллегами по цеху?
А.Г.: Да, конечно. Может быть, с зарубежными спортсменами были какие-то шероховатости в общении, но в своей команде все тепло относились друг к другу. Многие дружили с раннего детства, хотя на льду постоянно соперничали.

Д.Б.: Помните ли вы свою первую медаль?
А.Г.: Не помню. В советское время были грамоты, вот их помню: бело-голубого цвета.

5Д.Б.: Чем — то отличается по восприятию катание одиночников и катание в парах? Есть ли осознание того, что в одиночном катании победа зависит только от тебя, а в парной – еще и от партнера?
А.Г.: С одной стороны, да, но на самом деле ошибки в парном катании – это ошибки обоих партнеров. Если упал один – в этом виноваты оба. Если пара профессиональна, то никаких претензий друг к другу быть не может. То есть, в глобальном смысле различий нет.

Д.Б.: Вы несколько раз расходились, а затем вновь начинали кататься со своим партнером В. Азрояном. Расскажите об этом?
А.Г.: В этом нет ничего личного. Был момент, когда нам вообще не у кого было тренироваться, так как все тренеры уехали за рубеж. Не имея ни денег, ни возможности уехать за границу, мы вынуждены были расстаться. Мой партнер уехал в Америку, катался с другой партнершей, у меня также был другой партнер, с которым я прокаталась год. Без фигурного катания я уже не могла, поэтому поехала в Америку к Возгену, который в это время также расстался с партнершей. Мы стали вновь тренироваться, после чего поехали на Олимпиаду от Армении. А уже потом был проект «Танцы на льду»

Д.Б.: «Танцы на льду» – это спорт или пиар-ход для начала чего-то нового?
А.Г.: Мы тогда не думали ни о каком пиаре, а фигурное катание было особо никому не интересно. Для нас это было просто зарабатывание денег. Спортивного там ничего не было, но неожиданно получился замечательный проект. Все плакали, когда он закончился. Оказалось, все достаточно спортивно: проигрыш, победа. Это был праздник.

Д.Б.: Вам, спортсменам, было физически проще кататься?
А.Г.: Конечно. Было бы смешно сравнивать спортсменов и артистов.

Д.Б.: Можно ли сказать, что участие в проекте «Танцы на льду» – это переход от Насти Гребенкиной фигуристки к Насте Гребенкиной предпринимателю.
А.Г.: Нет, тогда еще нет.

Д.Б.: А кем вы себя ощущали, когда проект закончился.
А.Г.: Да ничего не изменилось. Мы продолжали кататься. В голове был только спорт.

Д.Б.: А когда появилась школа?
А.Г.: Задумка появилась 2011 году. Когда мы с Возгеном только закончили кататься, то открыли спортивную школу фигурного катания. Но не очень сложилось. А во время шоу ко мне часто подходили люди с вопросами, насколько реально научить взрослого кататься на коньках. Тогда-то и начала зарождаться идея обучения взрослых профессиональным тренером по фигурному катанию.

Д.Б.: У нас принято растить чемпионов. Как пришла мысль об открытии любительской школы фигурного катания? Может ли из любителя получиться профессионал, и в каком возрасте стоит начинать заниматься фигурным катанием?
А.Г.: Конечно, из любителя может вырасти профессионал, но заранее вряд ли можно что-то сказать. Прежде всего ребенку должно нравится то, чем он занимается, а угрозы родителей ни к чему не приведут. Я знаю одну спортсменку, которую в 15 лет отовсюду исключили за профнепригодность, после чего она стала чемпионкой Европы и призером чемпионата Мира. Другой спортсменке пророчили великое спортивное будущее, а она никем не стала. Надо переломить грань – обязательно стать чемпионом. Родители, с чьими детьми я занимаюсь, благодарны мне за то, что их дети получают удовольствие от катания, у девочек формируется красивая фигура и т.п.

Д.Б.: Я знаю, что в вашей школе есть программа, в рамках которой ребенок может заниматься вместе с мамой. Это так?
А.Г.: Не совсем вместе. Ребенок катается на одной половине льда, а мама, или папа, бабушка, дедушка – на другой. Но они катаются в одно время, отрабатывают, элементы, которые затем обсуждают, им весело, есть общие темы для разговора. Это прекрасный семейный формат.

Д.Б.: На что следует обратить внимание родителям, прежде чем отдать ребенка в школу фигурного катания?
А.Г.: Если это касается спортивной школы – это возраст. Ребенку должно быть не меньше 3 – 3,5 лет и не больше 6 – 7 лет. В любительскую школу, такую как моя, никаких ограничений нет, и специально готовить ребенка не надо.

Д.Б.: Какой бы совет вы дали детям, которые уже занимаются в спортивной школе, на что им стоит или не стоит обращать внимание.
А.Г.: Детям сложно давать советы, они больше живут чувствами и это правильно. Им проще принимать решения, поэтому мой совет вряд ли нужен. Единственное, что хотелось бы сказать, чтобы дети не ассоциировали себя как фигуриста. Прежде всего, ты мальчик или девочка, а уж потом твое отнесение к профессии.

3_IMG_3250Д.Б.:То есть нужен баланс между человеческим и профессиональным?
А.Г.: Да, конечно.

Д.Б.: Как вы считаете, правы ли те родители, которые уже с детства нацеливают ребенка на эффективность в профессиональной деятельности, заставляя чем-то профессионально заниматься, ограничивая свободное время, тем самым лишая ребенка детства?
А.Г.: Ну, у меня тоже в детстве не было «личной» жизни, и это меня не испортило. Я думаю, что ребенок не должен становиться заложником профессии, но при этом надо постоянно работать. Известно, что 95 % успеха зависит от трудолюбия, приложенных усилий.

Д.Б.: Как себя следует вести родителям, если у них в семье растет будущий чемпион?
А.Г.: Хочется посоветовать таким родителям поменьше давать советов в той области, где они мало что понимают. У ребенка есть профессиональный тренер, а родительские советы порой только мешают. Совет родителям – не мешайте тренерам, а лучше хвалите и поддерживайте своих детей. Я даже своему ребенку ничего не советую, а всего лишь поставила на коньки.

Д.Б.: Он хочет стать фигуристом?
А.Г.: Нет, ему это не нравится, да и я этого не хочу. Фигурное катание – это для общего развития. Ему больше нравятся шахматы.

Д.Б.: Родители в любительской школе отличаются?
А.Г.: Конечно. Они более расслабленные, получают удовольствие от того что их ребенок развивается. Но надо понимать, что при любительском подходе чемпиона не вырастить. Здесь совсем другой подход и другие нагрузки.

ЗРИТЕЛЬ: Расскажите о своих дальнейших планах. Кем вы себя видите?
А.Г.: Я иду поступательными шагами. Глобальная цель размыта. У меня были ранее удачные проекты на телевидении, пробовала себя в бизнесе что вылилось в открытие школы фигурного катания. Если честно, я реагирую на информацию, которая ко мне поступает, пытаюсь, пытаюсь найти что-то полезное. Пока в планах развитие школы, но в более разнообразных направлениях, например, развитие костюмов для выступлений.

Зрители: Говорят, что спортсмены самые лучшие бизнесмены. Вы согласны с этим?
А.Г.: Я считаю, что это индивидуально. Если есть предпринимательская жилка, то бизнес получается. Хотя спортивный характер помогает. Такие качества как дисциплина, пунктуальность, открытое уважительное отношение к людям, конечно, способствуют развитию бизнеса. Однако, необходимы еще и специальные знания.

ЗРИТЕЛЬ: Спорт – это образ жизни, а вот сейчас у вас какой спорт?
А.Г.: Да, спорт – это постоянный адреналин. Когда я закончила карьеру, то вообще не могла заниматься спортом, не могла видеть каток, лед. Было сложно, но сейчас я открыла для себя направление, в котором совмещены балет и лечебная физкультура. Я занимаюсь по индивидуальной авторской программе и результаты очень хорошие. Есть идея: совместно с автором программы распространить этот опыт на широкий круг людей. Особенно женщин. Очень интересная программа, в которой могут участвовать люди, не занимавшиеся спортом раньше.

ЗРИТЕЛЬ: Какие еще профессии вы приобрели с открытием школы? Какая из этих профессий сейчас для вас наиболее интересная?
3А.Г.: Конечно, надо быть и бухгалтером, и администратором, и пиарщиком. Я точно не бухгалтер, но, наверное, хороший администратор, всегда контролирую все мелочи. Мне нравится, что я держу в памяти все, что необходимо сделать. Но я только учусь, хотя мне все нравится, для меня это творческий процесс, так же как и в фигурном катании.

ЗРИТЕЛЬ: У вас планируются открытие филиалов?
А.Г.: Да, в сентябре планируется открытие школы в Твери и Казани. Процесс сложный, но будем пробовать. Надеюсь, что получится.

ЗРИТЕЛЬ: Есть планы «захватить» всю Россию?
А.Г.: Почему бы нет. Надо развивать массовый спорт, здоровый образ жизни. Физически себя прокачивая, человек становится более активным, появляются новые мысли, идеи.

ЗРИТЕЛЬ: Приходилось ли вам сидеть на диетах?
А.Г.: На диетах нет, но я стараюсь питаться правильно: овощи, фрукты, рыба, редко мясо. Я против диет, не надо себя ограничивать в чем-то, но надо знать меру.

Д.Б.: Спасибо Вам большое за интересную беседу!

Читать еще

Оставайтесь с нами
Подпишитесь на нашу рассылку и узнавайте первым о наших мероприятиях, новостях, встречах!

Обещаем без спама!

Поделиться

Расскажи свои друзьям!

Shares